Случай 27. Шизофреноподобный психоз при опухоли ольфакторной ямки (2 часть) - Медицинский справочник

Случай 27. Шизофреноподобный психоз при опухоли ольфакторной ямки (2 часть)

Итак, из психического статуса при проведении АСПЭ мы вычленяем эмоци­ональную сохранность с лабильностью, сокращение межличностной дистанции, мысленные голоса, напоминающие псевдогаллюцинации, но отмечаем не все признаки псевдогаллюцинаций, а лишь интрапроекции и ссылки на то, что «они» «делают» запахи. (Как известно, для полноты определения псевдогаллюцинаций необходимо установление еще нескольких признаков: насильственность, чуж­дость, и главное — отношение к ним не как к истинным галлюцинациям, а как к специально сделанным искусственным феноменам.) Думается, что именно на­личие изредка появляющихся мысленных голосов и убедило экспертов не менять диагноза шизофрении.

Из протокола патопсихологического обследования: при экспериментально-психологи­ческом обследовании использовались субтесты Рубинштейна (заучивание 10 слов, метод опосредованного запоминания, установление последовательности событий, задания на выделение и обобщение) и стандартизированный многофакторный метод исследования личности с целью выявления интеллектуально-мнестических и идивидуально-психологи- ческих особенностей. В беседе сообщает свою фамилию, имя, отчество, дату рождения. Активно жалуется на свое здоровье. Не прекращая, жует жвачку, объясняет эту необхо­димость тем, что у нее может начаться кашель с удушьем. Жалуется на плохой сон. Со­общает, что может не спать по двое суток. В беседе голос громкий, многословна, речь может вести не по существу темы. Во время эксперимента полулежит на столе, напо­миная, что у нее парализована левая сторона. При заучивании 10 слов соответственно воспроизводит 6, 7, 8 слов. Активна в воспроизведении. Отсроченно воспроизводит 8 слов. При опосредованном запоминании ассоциативные образы отличаются нецеленаправлен- ностью и носят общий характер. Точно воспроизводит 40% информации. Объем опосредо­ванной памяти составляет 55 %. Работая с заданиями на исключение и обобщение, склонна к многоречивым рассуждениям. Поведение с элементами истероидости, выра­женного эгоцентризма, повышенной конфликтности в межличностных взаимоотношени­ях. Склонна фиксироваться на неприятных переживаниях и болезненных процессах своего организма. Уровень социальной адаптации снижен. Ярко выражена ригидность. Заключе­ние: уровень интеллектуального развития соответствует возрастной норме. Память со­ответствует норме. Грубое изменение мышления с явлениями резонерства и нецеленап- равленности. Грубое изменение личности по шизоидному типу с истероидными включени­ями и повышенным уровнем аффективной ригидности, переходящей в некоррегируемую концепцию.

(К данному заключению много вопросов, но зададим только один — из чего следует грубое изменение личности по шизоидному типу. Хоть одно слово в пси­хологическом описании свидетельствует о шизоидности в принципе? Где аутизм, где парадоксальность личности, где «белая ворона» или «синий чулок»? Можно предположить, что валидность данного теста была изрядно подпорчена предвзя­тостью в диагностике, где уже установленный ранее процессуальный диагноз магнетически воздействовал на суждения эксперта-психолога.)

Прошло еще три года. В дневнике от 26.08.05 г. врач записал, что пришла по приглаше­нию. Жалоб не предъявляет, работает на даче. В ясном сознании, ориентирована полностью. Одета чисто. Фон настроения ровный. Охотно беседует, голос громкий. Улыбчива, в беседе адекватная. Мышление и речь — последовательные. Обманов восприятия и бредовых идей не выявляется. Заявляет, что со своими проблемами справляется самостоятельно.

20.10.6 г. — через год после описанного участковым психиатром осмотра сос­тоялась встреча главного врача с J1.A. Ее можно было бы назвать моментом исти­ны, ибо удалось расставить акценты не только на особенностях психического состояния на настоящее время, но и заглянуть назад, в прошлые годы болезни.

На беседу входит охотно, с приветливой улыбкой на лице. Тепло поздоровалась и при­готовилась отвечать на вопросы врача. Сообщает, что в 1995 г. незадолго до операции по поводу опухоли головного мозга внезапно резко ухудшилось зрение. Почти ослепла. Видела только силуэты предметов. Вскоре после операции зрение быстро восстановилось. Но в последний год вновь начало падать, пришлось поменять очки.

(Итак, первое добавление к ранее описанному анамнезу — резкое ухудшение зрения накануне оперативного вмешательства в 1995 г., повторное ухудшение зрения в 2005—2006 г. при рецидиве накопления кистозной жидкости на месте оперативного удаления опухоли.)

В течение же этого года ей дважды предлагали повторить в третий раз оперативное вмешательство, так как на месте удаленной опухоли вновь накапливалась жидкость (внутри послеоперационной кисты). Вспоминает, что запах «приятности» всегда возни­кал с 1994 г. только во время «выходов» в космос. В последние годы, примерно дважды в году, она испытывает чувство «уже виденного». Ощущение возникает во время обычной бытовой ситуации, она вдруг чувствует, что «это уже было».

(Вновь, повторное возобновление эпилептических эквивалентов — de ja т.)

Сообщает, что уголовное дело в отношении нее прекратили, так как соседке, чей ав­томобиль она ударила палкой, дочь выплатила четыре тысячи. На вопрос, бывают ли «видения космоса», с улыбкой отвечает, что полтора года назад вновь появились «звезды и луна». Подробно описывает, что без очков, вечером и ночью, когда появляются звезды, в одной звезде может увидеть сразу несколько звездочек. А луну видит в шапке из желтых бананов, в виде желтых полос, которые в виде шапки окружают диск луны.

Поделитесь ссылкой:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить